Еще о душах

Душа десантника, погибшего в бою, но не сделавшего ни одного выстрела, например в подорванном при высадке челноке, не обретает покоя. Если поблизости оказывается патрон, душа вселяется в него, чтобы принести таки смерть неприятелю. Если выстрел уходи «в молоко», душа продолжает скитания в поисках нового патрона. Этим объясняется обязательное наличие ящика с боеприпасами на всех похоронных церемониях десанта. Патроны из таких ящиков десантники называют «тяжелыми» и расходуют крайне осторожно, стараясь каждый выстрел положить точно в цель.

Спасатели

Каждый раз, когда под подошвами ботинок хрустели осколки цветных витражей, Андо внутренне содрогался. В этом царстве разрухи и запустения, в которое превратилась некогда аккуратная праздничная деревенька, казалось, не было места живому человеку. Черные провалы выбитых окон, пробитые, словно гигантским молотом, дыры в белой кирпичной кладке, осыпающаяся с крыш черепица, змеящиеся по дороге трещины, все вместе создавало иллюзию мертвого мира и сложно было даже представить здесь еще вчера веселящихся на ярмарке жителей. Непроизвольно Андо выглядывал в грудах обломков тела, но, к внутреннему облегчению, не находил ничего похожего.
Внезапно Шумани, вместе с которым они немного оторвались от основной группы, повернул голову к провалу в стене некогда высокого дома башенного стиля. Стены, казалось, погрызли чьи то голодные зубу, верхние этажи держались лишь чудом. Андо тоже послышался тихий всхлип.
Приблизившись, они оба навострили уши. Тихий плач раздался снова. Андо хотел уже было нырнуть в ближайший пролом, когда Шумани резким ударом ноги выбил деревянную стойку. Верхние этажи башни схлопнулись и с тяжелым гулом ухнули внутрь. Клубы пыли выметнулись из окон. Андо отскочил, прикрывая глаза руками.
Проморгавшись, он в немом изумлении уставился на огненного мага.
— И нечего сверкать глазами, — отрезал Шумани. — Ты знаешь, сколько дополнительного геморроя с этими спасенными на развалинах? Меньше выживших — меньше проблем.

Просмотренно

— А нам и не был нужен добрый герой. Подвинься чуть-чуть, пожалуйста, — волшебница подпихнула толстую вязанку хвороста Андо прямо под ноги. — Добрые герои не убивают. А темного властелина необходимо было уничтожить.
— Ага, — хмыкнул Андо, глядя на выстроившихся в ряд светлых волшебниц. — Никто из вас не способен даже поджечь этот столб, к которому вы меня привязали.
— Предполагается, что ты сделаешь это сам.
— С чего вдруг?
— От осознания глубины собственного падения.
— А скажите мне, барышни, предыдущий Темный властелин не был замечен в попытках суицида?
Волшебницы, переглядываясь, пожимали плечами.
— Тогда, с какого перепугу это делать мне?
— Ты хочешь сказать… — главная волшебница в испуге прижала ладошку к губам.
— Что все идет по замкнутому кругу!

Песенно-парадное

— Знаешь, когда у нас появились все эти «меньшинства», — эльф подмигнул. — Наш король совершенно им не препятствовал. А когда все, кто хотел кому-то что-то доказывать, собрались в одном месте, кажется, они называли это «парадом», их уже поджидала стража. И теперь наши оперные певцы считаются лучшими в всем мире.

Зачем нужны пособия?

— Вы проиграли. Вы всегда проигрываете. Не смотря на все ваши победы.
Безапеляционно-покровительственный тон гнома вызывал раздражение. Андо повел рукой:
— Посмотри, где мы едем? Человеческий город. Не гномский. Не гоблинское, не эльфийское поселение. А там за речкой еще один город. Человеческий. Не орочий, не троллиный. А дальше еще один. Не…
Гном расхохотался.
— Думал, уел старика? Посмотри туда, — Штифт выставил толстый палец в сторону крепостной стены. — Чьи там палаточки?
— Ну и что? — Андо пожал плечами. — Любая раса, заключившая мир, признавшая наше главенство, получает возможность селиться на наших землях. Гоблины не исключение.
— Посмотри, сколько их?
Палатки теснились одна на другой, вместе напоминая гигантский муравейник. Сходство усиливалось непрерывно снующими туда-сюда их зелеными обитателями. Земли между стеной и крайними человеческими постройками видно не было, только торчащие во все стороны кожаные конусы гоблинских жилищ.
— Многовато, да? — гном ухмыльнулся в бороду. — А соседние дома? Тебе не кажется, что они до странности пустые?
— Никто не хочет жить рядом с шумом и грязью, которые они постоянно разводят, — снова пожал плечами Андо.
— Они наступают, — гном повел ладонью, словно сдвигал что-то в сторону. — Постепенно заселят соседние домишки, люди отодвинутся еще дальше. Это не строй панцирной пехоты, но работает не хуже.

Читать далее «Зачем нужны пособия?»

Зеленый и плоский

— Шрек, если выпьешь — обратного пути не будет…
— Знаю.
— Больше не примешь грязевую ванну…
— Знаю!
— И задницу больше не почешешь!
— Знаю! Все знаю! Ну, за тебя, Фиона!
Раздался слитный лязг автоматных затворов.
— Хорошая попытка, доктор Бэннер. Сообщите генералу Россу: мы его взяли!

О цвете

— Собственный домик в лесу? Она кто? Графиня, маркиза? А может быть героцогиня?
— Просто девушка с хорошим воспитанием…
— Ты даже не знаешь, сколько их было до тебя! Двое, трое? А где они теперь? Под клумбой с цветами? На дне соседнего ручья? В желудке ее любимого пса?
— Ах, Буратино, зачем ты все это… Она не такая!
— Ты не понимаешь, Пьеро! У нее голубые волосы! Голубые!!!
— К свадьбе она обещала сделать прическу «солдат Джейн», так, кажется, называется. Но потом они обязательно отрастут снова…

Мя-я-ясо!

Герда вошла в огромный ледяной зал. Навстречу шагнула Снежная королева.
— Ты проделала долгий путь, девочка. Посетила старую колдунью…
Герда достала из сумки гребень забвения.
— Прошла сквозь Любовные чертоги… — продолжила королева.
Герда опустила взгляд на ботинки мудрости на собственных ногах.
— Пересекла разбойничий лес и ледяные просторы…
Герда провела рукой по платью силы двенадцати богатырей и продемонстрировала королеве дудочку призыва.
— Ты сильная девочка, — королева склонила голову. — Я отдам тебе твоего брата и вы сможете уйти.
— Уйти? Нет уж. С тебя экспы вагон и дроп хороший!

О правах

— Проходите! Проходите! Король восстанавливаем спокойствие! Проходите! — угрюмый стражник оттеснял зевак взятой горизонтально алебардой.
За этим импровизированным заграждением его товарищи довершали расправу. Грубо намалеванные холсты с вариациями на тему: «Женщинам — мужские права!» и «Мы все равны!» втаптывались в грязь. Стражники хватали визжащих девиц, кого за руки, кого за волосы и бесцеремонно закидывали в зарешеченную повозку. Особо сопротивляющимся добавляли рукоятками мечей по ребрам или попросту кулаками в зубы. Истошные вопли девиц стража молча игнорировала.
Андо подался вперед, ухватив спутников под локти:
— Мы что, им не поможем?
Рыцарь с гномом дружно пожали плечами.
— Право по-мужски получить по физиономии они, во всяком случае, заработали, — буркнул рыцарь. — За что боролись…
— Они всего-лишь отстаивали свои интересы, — с жаром произнес Андо.
— Ты знаешь, — холодно произнес Штифт. — Почему у нас, гномов, абсолютно все важные вопросы решают мужчины? Женщина никогда не получит права голоса потому, что и без того любой гном поставит ее интересы выше своих собственных.

Отношения

— Взятка.
— Что? — не понял Андо.
— Я сказал: взятка! Главное определиться, что даешь и с тем, чтобы не дать меньше.
— Но предложить богу взятку, это…
— Оглянись назад, — проворчал Шумани. — Да не в этом смысле. Вспомни древних героев. Творили все, что в голову взбредет. И, конечно, обязательно находился хоть один обиженный ими бог, насылавший на них свои проклятия. Что делал среднестатистический проклятый герой? Шел к алтарю и приносил богу жертву. По сути — давал взятку. Если давал достаточно, проклятие снималось, и герой спокойно куролесил себе дальше. Так что тебе остается лишь определиться с предметом и его количеством. Я бы предложил кровь девственника. Только где ее взять?
Андо покраснел и быстро отвернулся.

Превратности

— Я давно хотел спросить: почему вы никак не разбежитесь?
Лиса Алиса и кот Базилио переглянулись.
— Вы ведь не ладите друг с другом, — продолжал Буратино. — Постоянно ругаетесь. Ты, лиса, обсчитываешь кота. А ты, кот, бьешь за это лису. Даже мои золотые поровну поделить не смогли. И все же вы вместе. Почему?
— Вот твое поле, — Базилио указал пальцем. — Закапывай.
— Здесь? — Буратино стоял на опушке огромного лесного массива. — Это и есть то самое «Поле чудес»?
— Конечно, — Базилио положил лапу на ствол огромного дуба, ветви которого сгибались под тяжестью сапог, всех цветов и размеров. — Меня перестали волновать перепелки и зайцы, король и мельник-маркиз. Я встретил ее…
— А это — мое, — Алиса потерлась о дерево, увешенное лисьими хвостами. — Слышал сказку: курятник, собаки? Вранье. Это было наше первое свидание…
— Что же вырастет у меня? — Буратино перекатывал в ладони золотые монетки.
Базилио обнял Алису за талию. Лиса прильнула к мохнатому боку кота. И оба пожали плечами.

О зеленом и блестящем

Рыцарь подбежал к дракону и нанес удар. Меч грустно присвистнул, не встретив сопротивления — дракон каким-то образом оказался на другой стороне поляны. Гремя доспехами, рыцарь побежал обратно.
Ситуация повторилась.
Грохот доспехов, печальный свист меча, ухмыляющийся дракон, отдувающийся от бега рыцарь.
— Слушай, как тебе это удается? — Рыцарь безуспешно попытался вытереть мокрую шею под стальным воротником большим красным платком в белый горошек.
— Легкое увлечение философией.
— Что, книги помогают быстро бегать?
— Ну, не все, — дракон самодовольно выпустил колечко дыма. — Меня лично заинтересовал релятивизм скоростей некоторых хордовых пресмыкающихся относительно античных мифологических героев.

О бабушках и внучках

Пока тропинка петляла по лесу, Красная шапочка собирала цветы. Добравшись до бабушкиного домика и дернув за веревочку, девочка застыла на пороге. Огромные уши, спутанная косматая шерсть, белеющие с полумраке комнаты клыки…
— Бабушка! — в ужасе закричала Красная шапочка. — Я же ни с кем по дороге не разговаривала!
— Не пугайся, внученька, — бабушка, целая и невредимая, нежно гладила огромную когтистую лапу.
Преодолев испуг, девочка вошла в комнату.
— Ты помнишь этот цветок? — в другой руке бабушка сжимала сухой ломкий стебелек. Красная шапочка уже давно хотела заменить увядшее растение, всегда стоявшее у бабушки в вазе, свежими лесными цветами.
— Когда я была маленькой, совсем как ты, — продолжала бабушка. — Я, как и все девчонки, мечтала о сказочном принце. И однажды папенька привез мне из дальних стран этот самый цветочек. Он горел алым цветом и бился в руках, словно восторженное сердце. И я встретила свою единственную любовь. Но я испугалась. Что обо мне подумают соседи? Как же я покажусь с Ним в приличном обществе? А заголовки газет? А пересуды? А мнение общественности? Я не смогла, не решилась произнести те самые слова…
Косматый монстр ласково потерся щекой о бабушкино плечо.
— Я все поняла. И теперь я ухожу к нему, — бабушка поцеловала щетинистую морду.
Ничего не произошло. Не опала шерсть, не исчезли клыки. Не возник на месте ужасного монстра прекрасный юноша. Но бабушку это совершенно не смутило.
— Возьми, — бабушка протянула внучке засохший цветок.
Стоило Красной шапочке прикоснуться к нему, как стебелек окреп, распрямился, рассыпающиеся до этого листья воспряли, сложились в бутон и запульсировали алым.
— Когда-нибудь, — сказала бабушка на прощанье. — В чаще леса на узкой тропинке ты обязательно встретишь своего монстра. Не бойся признаться ему в любви…

Подумай о ближнем

— Купишь два мешочка, — рыцарь протянул Андо серебряную монетку.
— Да зачем нам столько соли?
— Повесим на шею.
— Но для чего?
— Ты забыл, куда мы едем? — рыцарь приподнял левую бровь.
— Я помню — на битву с драконом. Тра-та-та, трубят рога, и все такое. Но соль-то зачем? Сыпать на хвост? Метать в глаза?
— Так близко к дракону не подобраться. А соль… понимаешь-ли в противостоянии рыцарь — дракон, вторые побеждают гораздо чаще.
— Соль повышает шансы?
— Не то, что бы. Просто соленое мясо — вкуснее…
Андо поперхнулся.

Радикализм в решениях

— Ваше высочество, вас ожидают одна тысяча шестьсот тридцать две девушки…
Принц откинул занавеску, оглядывая из окна огромную очередь.
— Что, хрустальная туфелька пришлась им всем точно впору?
— Боюсь, что так.
— Но я прекрасно помню лицо, фигуру. Здесь ее нет.
— Что делать, ваше высочество. Но издан указ. А слово короля превыше…
— Слово короля, говорите? Позовите-ка палача…

На букву Л

Немного поскучав в одиночестве — Арджан повел капризного гнома в спальни нижних этажей башни, да и рыцарь пожелал спать поближе к конюшне, Шумани же, единолично оккупировав диван, заснул еще во время обеда и в собеседники не годился — Андо принялся внимательно изучать комнату. Привлекательнее всего, конечно же, казались книги. Водя пальцем по корешкам библиотеки, Андо пытался отыскать хоть что-то понятное, но либо Арджан собирал исключительно литературу мертвых цивилизаций, либо же книги по некромантии защищались от посягательств непосвященных.
Разглядывая аквариум, Андо некоторое время пытался уловить закономерность между синхронным открыванием створок ракушек, всплывающими пузырьками воздуха и появлением призрака миниатюрной русалки, однако это занятие быстро надоело. Красота подводного пейзажа завораживала, но Андо чувствовал определенную неловкость: призрак заламывал руки, тянулся к нему, безуспешно пытаясь пройти сквозь стекло, и быстро развеивался искусственным течением.
Оставив русалку в ее безмолвном страдании, Андо передвинулся к большому стеклянному шару, внутри которого сидела толстая лягушка. Несколько минут они с лягушкой играли в «гляделки». Сдав позиции, Андо щелкнул пальцами по стеклу напротив лягушачьего носа — нужно же было заставить ее хотя бы моргнуть…

Читать далее «На букву Л»